Увы, сейчас упрощают человека, сводят его почти к животному, отсюда и проистекают все беды. Ибо если человек — это лишь более совершенное животное, разумная обезьяна, то и идеал его мало чем возвышается над обезьяньим: хорошо сервированного стола и возможности гулять, путешествовать, наслаждаться, смотреть — развлекаться, одним словом. Даже наука и искусство — занятия лишь для небольшого числа любителей особых ощущений. Беда подобного понимания человека в том, что сытое брюхо без высших забот о душе, о вечной Правде, о вечной жизни, о Боге скоро перестаёт удовлетворяться хорошим столом и обычными развлечениями. Человек постепенно всё более начинает перчить, сластить, мудрить, требовать соловьиных язычков на десерт, как это делали римские патриции. От пресыщения тела и души начинают резко расти тщеславие, самолюбие, гордость. Возникают зависть, взаимная вражда, ненависть. Доходят, непременно, до всяких самых омерзительных неестественных страстей и убийств. Словом: Уты, утолсте Израилъ, забыл Бога Своего. А отсюда и предпотопное Божественное определение: Не имать дух Мой пребывати в сих человецех, зане суть плоть.

  — Душевность не есть ли проявление плотскости у верующих? Почему-то большинство очень склонно к душевности, любят сентиментальность, лирику в пении, в проповеди, елейность в голосе, обращении, поведении и т.д.?

  — Не у верующих, а на верующих лишь заметнее эта душевность, поскольку особенно неестественна она христианам. Вместо ожидаемой духовности, вдруг видишь её суррогат — душевность, поэтому невольно и обращаешь внимание. Для меня это особенно было очевидным, когда я служил в Минске и видел пение верующими так называемых псальм. Ждут, не дождутся они, когда окончится Литургия, после которой начинают петь эти псальмы. Положит тётушка в платочке щёку на ладошку, наклонит голову и чуть ли не со слезами поёт какую-нибудь псальму, вроде «Гора Афон, гора святая»… Сердце щипет, бегут воспоминания. Она уже не в храме, а вся в прошлом: как была невестой, вышла замуж, хорошо или плохо жила в новой семье, а вот теперь старость, дети разлетелись и не слушаются, а то и обижают, некому пожалеть. И от этих сладких или горьких воспоминаний, от жалости к самой себе слезы уже сами собой потекли из глаз. Есть ли здесь хотя малейшая духовность? Это слезы душевные, плотские, Богом не приемлемые, ибо Господь лишь сердце сокрушенно о грехах и смиренно не уничижит.

  — А как смотреть на эмоциональность чисто религиозного характера? Например, представление себе и переживание страданий Господа или славы и радости Его воскресения и др.?

  — Здесь может быть у человека и душевность, и духовность. Можно при воспоминании о страданиях Христовых чувствовать то же, что и при чтении интересного романа, в котором описываются муки невинного страдальца, то есть раздражать свои нервы, да слёзки лить. Об этом много пишет епископ Игнатий Брянчанинов, который говорит, что Господь отметает эту душевность. Она вредна, ибо подменяет собой духовность, и, как будто удовлетворяя человека, а на самом деле уводит его в сторону, прельщает. Особенно это на женщинах заметно. Читая или слушая страстные Евангелия, они часто начинают рисовать в своем воображении картины предательства, избиений, оскорб- лений, распятия Иисуса Христа, страданий Богоматери и у них возникает сильная, чисто естественная жалость ко Христу, доходящая до слез и рыданий. Если при этом ещё они считают, что тем самым угождают Господу, любят Его, т.е. что они этим совершают доброе дело, то это состояние их, развиваясь, может дойти до болезненных ненормальных проявлений, до истерики и полного нервного расстройства. В католичестве, например, такие душевные явления рассматриваются как духовные, как одно из свидетельств святости человека.

  С точки зрения духовной, повторяю, этот процесс развития душевности только углубляет всем нам присущую прелесть (ибо преп. Симеон Новый Богослов говорит, что все мы находимся в жестокой прелести). Посмотрите, как кошка жалеет своих котят, как сердце наше склонно сочувствовать даже совершенно постороннему человеку, попавшему в беду и тяжело страдающему, как подчас глубоко жалеем мы раненых животных или когда их жестоко бьют, — всё это чувства естественные, так сказать органические или биологические, присущие и людям, и всем тварям земным. Здесь нет никакой духовности, ибо нет никакого подвига борьбы со своим ветхим человеком. Это чистая душевность. Но если мы эту душевность (естественную жалость или радость, или, тем более, развиваемые сознательно, с волевым напряжением, внутренние страдания или восторги) примем за духовность, то есть за действие благодати Божией, то мы глубоко погрешим и станем на путь, уже прямо ведущий к прелести. Именно этим особенно грешит католичество, и у нас она, к сожалению, часто встречается, но, к ещё большему сожалению, не всегда распознаётся, не всегда находит противодействие со стороны духовенства — большей частью неопытного в духовных вопросах, да и мало интересующегося ими.

  — А каково правильное отношение к страданиям Спасителя, ведь они невольно вызывают те чувства, о которых Вы говорите как о душевных?

  — Я не касаюсь сейчас догматической глубины вопроса. Господь пострадал по любви к нам погибающим в пучине греха. И ответить на эту любовь Божию мы должны любовью, но любовью не естественного нервно-психического возбуждения (т.е. чисто природного, органического) и, тем более, искусственно развиваемого (как в католицизме), а исполнением заповедей Его, очищением себя покаянием, евангельским поведением тела своего, души и духа – то есть так, как повелел Господь. Он прямо сказал: Меня любит тот, кто исполняет заповеди Мои, а не тот, кто лишь слезки проливает и ничего не делает. Любящий Господа отвечает на Его великий подвиг своим, хоть и малым подвигом — побеждает свои душевные и плотские состояния и влечения, поборает их, заменяет их духовными и постепенно становится един дух с Господом. Епископ Игнатий Брянчанинов всех этих душевных христиан сравнивает с Надавом и Авиудом, сыновьями Аарона, которые принесли огонь чуждый в скинию и были поражены от Господа смертью (Лев. 10: 1,2). Когда христианин вместо духа, вместо исполнения заповедей делом, словом, мыслью и всем настроением и всеми чувствами своими, как велел Господь, приносит Ему свои нервные, кровяные волнения, ощущения и т, п. и считает их за богоугодные и даже благодатные, как это имеет место у разных истеричек, у католиков, — то Господь отметает их, не приемлет. И у нас среди православных мало найдёшь людей, которые понимают, что эти состояния душевные, ложные, а не духовные. Для рас- познавания их необходимо читать Игнатия Брянчанинова. Католики, например, усиленно призывают к развитию воображения, рассматривая это как подвиг духовный. Их великий святой Игнатий Лойола, основатель ордена иезуитов, написал целую книгу под названием “Духовные упражнения”, в которой даёт целую систему образов и картин, представляемых мысленно в своем воображении, и которые он рекомендует в качестве духовных упражнений. Этими мечтательными картинами прельщённые и истерички распаляет свое воображение, свои нервы, доводит до экстатических состояний свою психику, так что начинают возникать различные видения, ощущения и услаждения (часто откровенно сексуального характера) – и это называется духовностью и духовной жизнью! Всё это — состояния всецело ветхого человека. Восточные святые Отцы решительно запрещают представлять себе чего-либо во время молитвы, возбуждать в себе какие-либо чувства (кроме чувства сокрушения о грехах) или стремиться к достижению каких-либо благодатных переживаний. Ибо все мы находимся в состоянии падения и потому единственно истинным стремлением христианина может быть стремление к видению этого падения, к ощущению своей греховности, которое порождает покаяние и смирение.

  — А душевность может быть средством пробуждения души от спячки бесчувствия к духовной жизни?

  — Нет. Душевность не духовность пробуждает, а ещё более усиливает самое себя. Истинное, духовное приходит совсем иным путём — решительным, сознательным исполнением всех заповедей Божьих без выделения в них главного и так называемого второстепенного.

  — А каким же образом должно участвовать в этом сердце?

  — Вот, когда человек станет исполнять заповеди Божии, то есть отвергать умом всякие ложные, суетные, пустые и т. п. помыслы, отгонять сердцем различные плотские, душевные пожелания и чувства, избирать волей только Бога, Его слово, а не «мiр», тогда незаметно, таинственным действием благодати Божией откроется сердце и загорится в нём тот огонь, который Господь принёс на землю (Лук. 12,49). Работа духовная начинается сознательной решимостью исполнить волю Божию всем составом своего естества: и умом, и телом, и волей, и сердцем. Вся душа человеческая начинает «работать» по слову Божию, а не по своей падшей воле. И когда Господь видит, что человек очищает себя и смиряется, то облегчает его труд, утешает его. Ведь мы утешаемся лишь тогда, когда у нас сердце затронуто. Также и когда мысль затронута словом Божиим, она тоже прямо действует на сердце, и даёт удовлетворение человеку. Так, постепенно, по мере того, как человек будет напрягать ум в молитве (отгоняя все мысли, порождаемые ветхим человеком или всеваемые дьяволом) и освобождать сердце от желания и искания каких-либо развлечений и утешений в музыке, искусстве, зрелищах или в ложных душевных состояниях, — Господь начинает открывать разум человека (отверз им ум к уразумению Писаний. Лк. 24,45), открывает и сердце к ощущению силы и благодати слова Божия. Как мы непередаваемо чувствуем дух, сердце другого человека, друг друга, так начинает чувствовать очищенное сердце человека и слово Божие и стремиться к Богу. Ибо в слове Божием, Евангелии, — дух Божий и сердце Божие.

  Игумен Никон (Воробьев)

Если я человек православный, я должен понимать, что нет случайных людей в моей жизни, и каждый человек, которого Бог ко мне посылает, — это человек, нужный мне, пусть даже он раздражительный, гневливый, злой, но моя реакция на него показывает, что я мало чем от него отличаюсь.

Как говорят святые отцы, самое главное — я должен смотреть, что внутри меня происходит.

И тогда становится ясно, что самый главный враг сидит у меня внутри — это мои страсти, моя раздражительность, моя гневливость, дух злобы, который я часто не замечаю.

А тот человек, которого Бог посылает, будит эти скрытые во мне качества, то есть он показывает мне мои грехи. Но это же великое счастье, потому что видеть свои грехи — значит видеть начало своего спасения, начало своего исправления, начало своего очищения.

Поэтому святые отцы и заповедали молиться за своих врагов, которые помогают нам видеть нашу собственную внутреннюю нечистоту.

Архимандрит Георгий Шестун

Управляющий Биробиджанской епархией возглавил престольные торжества в кафедральном храме посёлка Кульдур

21 сентября 2026 года, в праздник Рождества Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии, епископ Биробиджанский и Кульдурский Лука совершил Божественную литургию по случаю престольного праздника в храме Рождества Пресвятой Богородицы поселка Кульдур.

Его Преосвященству сослужили благочинные епархиальных округов, настоятель храма, и сонм духовенства Биробиджанской епархии.

Богослужебные песнопения исполнили певчие Благовещенского кафедрального собора под управлением регента Екатерины Зориной. За богослужением молились жители посёлка и паломники из других приходов.

На сугубой ектении были возглашены особые прошения: «…о еже прияти молитвы нас, недостойных рабов Твоих, в сию годину испытания, пришедшую на Русь Святую…». Затем епископ Лука вознёс молитву о Святой Руси.

Праздник Рождества Пресвятой Богородицы — одно из величайших торжеств, посвящённых Пречистой Деве Марии. Святая Церковь отмечает его как день всемирной радости: это рождение Той, через Которую пришёл на землю Христос Спаситель.

Рождение Девы Марии стало началом преображения мира, с ним в человеческую историю начинает проникать свет грядущего Новозаветного дня — свет, который уже не померкнет.

По окончании Божественной литургии состоялся крестный ход вокруг храма.

В завершение богослужения епископ Лука поздравил верующих с великим церковным торжеством, причастников — с принятием Святых Христовых Таин и преподал всем архипастырское благословение.

В своём слове владыка сказал: «Божия Матерь, чьё Рождество мы сегодня празднуем, является честнейшей херувим и славнейшей без сравнения серафим. Она выше не только всех людей, но и всех архангелов и ангелов. Она сподобилась стать Матерью Господа нашего и Спаса Иисуса Христа, потому и именуется Пресвятой Богородицей. Чистота и непрестанная молитва, абсолютная безгрешность послужили тому, что Господь Бог превознёс Её превыше всего человечества и святых Сил Небесных. Праздником Рождества Пресвятой Богородицы открывается наш церковный новый год. Богоматерь слышит все наши молитвы и воздыхания, отирает всякую нашу слезинку. Она всегда придёт на помощь и избавит от всех бед и скорбей. Мы должны почитать Её, возносить к Ней свои молитвы, помнить, что мы — образ и подобие Божие, и соответствовать этому Образу. Давайте искать прежде всего Царствия Небесного — молитвой и делами милосердия. А всё остальное приложится нам».

В ответном слове отец благочинный поблагодарил владыку Луку за архипастырский визит, за попечение, за молитвы и совместное богослужение.

Попразднство праздника Рождества Пресвятой Богородицы продлится четыре дня. Отдание праздника 25 сентября.

Вы знаете эту картину: Пересвет и Челубей несутся друг на друга с копьями. Но вам не объяснили самого главного. Русский монах выходит против тибетского колдуна, за которым стоят нечистые силы. Поэтому Челубея считали бессмертным и непобедимым.

Вот как тайну этого боя раскрыл митрополит Митрофан Баданин. По его рассказу, Челубей прошёл тибетскую школу бон-по и владел боевой магией. Его выставили первым, чтобы ещё до Куликовской битвы сломить русское войско: у Мамая есть воин, которого невозможно победить.

Но Сергий Радонежский посылает вместе с Дмитрием Донским двух монахов на битву. Он отправляет их навстречу этой тёмной силе. Он даёт Пересвету не доспехи, а крест Христов, нашитый на схиме, и велит возложить её вместо золочёного шлема.

Посмотрите на две картины. У Михаила Авилова оба бойца закованы в железо, а Павел Рыженко раскрывает другой смысл. Челубей идёт в броне, а Пересвет — в великой монашеской схиме. Железо против креста, магия против молитвы, сила демона против человека, который отдал себя Христу.

По рассказу митрополита Митрофана, в Тибете помнят имя Пересвета. Его победа занесена в священную книгу как событие, нарушившее привычный ход вещей. Непобедимый был побеждён.

Антоний Великий говорил: «Где крестное знамение, там изнемогает чародейство и бездействует волшебство».

Старец Паисий Святогорец рассказывал о молодом тибетском колдуне. Дело было в Швеции. Православный священник дал колдуну крест. Тот стал вызывать духов, но они не смогли приблизиться, потому что крест оказался сильнее. Позже на Афоне этот человек попытался ударить Паисия ногой, но нога остановилась возле лица старца.

И вот моё предположение: проклятия, которыми Челубей пытался сломить русских, были матерной бранью. Потому что мат — это язык ада. Апостол Иаков пишет, что необузданный язык воспаляется от геенны, то есть от ада. Митрополит Митрофан называет мат антимолитвой, которая лишает человека благодатной помощи. А отец Андрей Ткачёв говорит ещё резче: мат — это бесовский лай и адские звуки, направленные ниже пояса.

Была такая история уже в наши дни. Бывший снайпер Николай Кравченко рассказывал, как его группа оказалась в окружении без патронов. Вместо привычного мата бойцы бросились на прорыв с криком: «Христос воскресе!» То есть пошли с молитвой. Все вышли живыми, а потом снайпер стал священником. Теперь он отец Николай. И он сам был уверен: пошли бы с матом — погибли бы все.

Теперь ещё раз посмотрите на поединок Пересвета и Челубея. Челубей выходит в доспехах, с проклятием и силой тьмы. Пересвет — без доспехов, в схиме, с крестом и молитвой. Пали оба, но бессмертный колдун оказался смертным.

Перед Куликовской битвой русское войско увидело самое главное: тьма не всесильна. Это нужно запомнить и нам.

Считайте себя достойной, заслуживающей ада и умоляйте Господа, чтобы не воздал Вам по заслугам, а помиловал Вас не по каким-либо заслугам, добродетелям мнимым, а исключительно по милости Своей. Что говорит Сам Господь Иисус Христос: Аще сотворите вся повеленная вам, глаголите, яко раби неключимы есмы, яко еже должни бехом сотворити, сотворихом. Это значит, что если бы мы исполнили все заповеди, то и тогда должны были бы считать себя рабами, обязанными (как рабы) исполнять волю Господа Своего, а получить от Господа особые милости или наследовать царствие Божие, есть дело милосердия и снисхождения Божия к нам, а не плата за наши труды. Но мы не исполнили ни одной заповеди, а если что сделали, так отравили тщеславием или человекоугодием, или расчетами. Почему же мы считаем себя высокими? Почему не обнажаем пред Господом своих язв и не умоляем Его о помиловании, а все хотим являться пред Ним и пред людьми хорошими?

Смиритесь, считайте себя достойной ада и с сокрушенным сердцем умоляйте Господа о милости, как мытарь, блудница, разбойник, блудный сын, и Господь помилует Вас, и еще здесь сердцем почувствуете это и успокоитесь. Сие буди, буди! Аминь.

Игумен Никон (Воробьев)

13 АВГУСТА (31 июля ст. ст.) — ПРЕДПРАЗДНСТВО ИЗНЕСЕНИЯ ЧЕСТНЫ́Х ДРЕВ ЖИВОТВОРЯЩЕГО КРЕСТА ГОСПОДНЯ.

Предпразднство – это один или несколько дней, предшествующих некоторым большим православным праздникам. Они как бы подготавливают верующих к торжеству праздничного дня.

Предпразднство торжества Происхождения или изнесения честных древ Животворящего Креста Гоподня длится один день. В это время на богослужении начинают читают молитвы, посвященные грядущему празднику. В середину храма священник выносит крест для поклонения всем верующим.

Поэтому в этот день верующие стараются взять благословение на 2 недели благочестивого говения и покаяния.

Праздник Происхождения или изнесения Честных Древ Животворящего Креста Господня – первый из трёх праздников Всемилостивому Спасу, которые совершаются в августе и как бы связывают весь Успенский пост.

Вторым будет праздник Преображения Господня 12 августа ст. ст.

А третьим, двадцать 9 августа ст. ст., – воспоминание о перенесении из Едессы в Константинополь Нерукотворного Образа Господа Иисуса Христа. В народе их ещё называют “медовый Спас”, “яблочный” и “ореховый”.

ТРОПАРЬ, глас 1
Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́/ и благослови́ достоя́ние Твое́,/ побе́ды на сопроти́вныя да́руя// и Твое́ сохраня́я Кресто́м Твои́м жи́тельство.

Телесное и временное благополучие часто и по большей части развращает человека и губит. Видим это на примере евангельского богача, который не умел богатством своим и благополучием временным владеть, и сошёл в погибель (Лк 16:23). Так и ныне многие не умеют владеть богатством, и не по воле Божией, а по своим прихотям расточают его, и развращаются. Многие не умеют владеть здоровьем тела своего, и развращаются, и на злое всё дерзают. Благополучие телесное и временное, хотя и добро, однако для растленного человеческого сердца — как для безумного меч, которым он себя самого убивает. Блудный сын, пока ещё имение отеческое было в руках его, не думал к отцу своему возвращаться. Но когда уже потерял его и начал терпеть лишения и голод, тогда уже подумал вернуться к отцу. Потому и написано нам в предосторожность: «Если богатство притекает, не прилагайте к нему сердца» (Пс.61:11).
(Святитель Тихон Задонский).

Трудно даже указать такое бедствие или несчастье, от которого не избавляла бы Матерь Божия, когда обращались к Ней с верою и усердной молитвой. Предстательством и заступлением Ее исцелялись страдавшие долговременными и неизлечимыми болезнями, воскрешались умершие; многие избавлялись от казавшейся неминуемой смерти, от разбойников, от потопления, от огня, от замерзания; Ее предстательством прекращались общественные бедствия: пожары, голод войны; целые селения, города и области молитвами Царицы Небесной спасались от смертоносных и губительных болезней Множество и других примеров Ее заступления знают православные христиане. Но что важнее всего — Она неоднократно предотвращала праведный гнев Божий на грешников, вразумляла их и помогала им обратиться от пагубного заблуждения на путь покаяния и исправления своей жизни.
Архимандрит Кирилл (Павлов)

Евангелие достаточно ясно говорит обо всем. Оно говорит:

не судите, не осуждайте, не гневайтесь, не прелюбодействуйте, не давайте волю глазам, ушам и т. п., не засоряйте душу всякой суетой, не отягощайте сердец ваших объедением, пьянством, суетой житейской.

Все эти заповеди каждый человек при желании мог бы исполнить. А мы начинаем что-то выдумывать, чтобы только себя оправдать и не делать должного. И в конце концов получается, что мы ничего не можем: не можем удержать глаз, не можем удержать языка, чтобы не празднословить, чтобы не лгать, не притворяться, не клеветать на ближнего и т. п.

От нас не требуется того, что делали древние подвижники.

Они круглые сутки проводили в молитве, в трезвении, работали, сами себя кормили, занимались рукоделием, например, плели корзины. Они ночью не спали. Прислонятся к чему-нибудь или облокотятся на что-нибудь и стоят всю ночь.

Господь не требует от нас сверхсложного, а требует по силе человека, требует, чтобы человек осознал свое падение, понял, что он испорченный, понял, что если он хочет быть с Господом, то должен себя переделать.

Переделывается человек не с помощью каких-то фокусов, а исполнением заповедей.

Игумен Никон (Воробьев)